Почему одни люди успешны в финансовом отношении, а другие нет? Почему карманы первых ломятся от денег, а у вторых нет ни гроша за душой? «Все дело в шляпе», — утверждает автор. Он рисует чертежи машины, делающей деньги, и механизма по реализации мечты.

Перед вами уникальный мастер-класс финансового успеха, основанный на законах НЛП — нейролингвистического программирования. Материал книги построен таким образом, что изменяет мировоззрение читателя, программирует на реализацию собственных целей и финансовую успешность. Если же вы испробуете авторскую методику на практике, сбудутся самые смелые ваши мечты!

Глава 1. Встреча на берегу залива со странным человеком, который нарисовал меня

Я давно наблюдал за ним. Было в нем что-то такое, что привлекало внимание. Он смеялся и кричал, как ребенок, рисовал непонятные фигуры на прибрежном песке и восторженно поднимал к небу трость, словно победитель рыцарского турнира. Вокруг него постоянно толпились какие-то люди. Это был странный человек неопределенного возраста в широкополой шляпе, шортах, мокасинах на босу ногу и взглядом чудака. Наконец я не выдержал и подошел к нему, когда вокруг никого не было. Вблизи и вовсе мне показалось, что у него «не все дома». Человек дружелюбно поприветствовал меня кивком головы, как бы приглашая подойти ближе, и спросил, как меня зовут.

— Рич, — ответил я.

— Да, вы похожи на человека, носящего имя Рич, но об этом еще не знаете, — непонятно зачем сказал он. — А на кого похож я?

— На чудака, — выпалил я бесхитростно. Он засмеялся:

— Чудак… Пожалуй… Меня часто называют чудаком, но вы можете звать меня Бизаром2, что, в сущности, одно и то же.

Я поинтересовался, почему около него всегда собирается так много людей.

— Они хотят увидеть чудо, и я показываю им его, — вновь загадкой ответил он.

— А что вы рисуете на песке?

— Я рисую деньги, — невозмутимо сказал Бизар.

— Понимаю. Это так же, как я леплю из песка золотые слитки, вот только продать их не удается, и в карманах по-прежнему пусто.

— Да-да, в этом-то и проблема, — как-то неубедительно согласился он и предложил:

— Хочешь, я нарисую тебя?

— Так вы художник? — сообразил я.

— Не так, чтобы очень, но, в общем, да, — ответил он. На песке, там, где отошла волна, Бизар ловко изобразил симпатичного ослика с широким ошейником. Сверху к ошейнику крепилась п-образная проволока с морковкой перед самым носом ослика.

— Это ты, — сказал он и добавил назидательно: — Восемьдесят пять процентов людей идут за своей, как им кажется, морковкой всю жизнь и умирают, так и не вкусив ее сладости.

Я возмутился:

— С чего это вдруг вы сравнили меня с ослом?

— Нет? Тогда о чем ты мечтаешь, если не о морковке? Я насупился, сомневаясь в необходимости продолжать разговор, но взгляд собеседника так располагал к общению и одновременно внушал такое доверие, что я, собравшись с мыслями, признался:

— Моя мечта — иметь много денег.

— Прекрасная мечта и достойная, — с иронией, едва заметно кивая головой, сказал он. — А что, интересно, ты сделал для своей мечты?

— Да я работаю как ЛОШАДЬ»! — взвился я.

— Да-да. Лошадь — прекрасное, благородное животное, — с явной издевкой произнес Бизар.

Это возмутило до глубины души, но опять тот же взгляд, взгляд, которым смотрит отец на своего ребенка, мудрый и дружелюбный, вновь остановил меня от поспешных выводов и действий. Взяв себя в руки и собравшись с мыслями, я сказал:

— А что, собственно, плохого в том, что ослик днем и ночью поступательно идет и идет за своей морковкой? Движение вперед — это всегда прогресс, и если морковка заставляет ослика двигаться — это морковка прогресса.

Мои слова звучали твердо и безапелляционно. «Неплохо сказал», — подумал я. А вслух добавил:

— Поправьте меня, если я не прав.

— Конечно, ты прав, но я бы сказал так: прогресс, верно, — это движение вперед. Только движение вперед — не всегда прогресс. Чтобы в этом убедиться, надо увидеть вторую часть моего рисунка.

И Бизар играючи нарисовал недостающую часть. На ней был тот же ослик, но только сверху, в виде проекции. Далее он изобразил веревку, которой привязал ослика к шесту, торчащему в центре круга. Стрелочками указал направление движения, и бедный ослик пошел по кругу, понуро опустив голову.

Лучше бы я его не видел. Вся моя защита рухнула за минуту. Главное, что я обо всем этом догадывался, но не хотел себе признаваться, обманывал себя самого.

— Значит, по-вашему, я обречен влачить жалкое существование?

— Пока ты так говоришь и думаешь, безусловно — да, — последовал уверенный ответ.

— Не понимаю, о чем вы, Бизар. Он терпеливо стал разъяснять:

— Каждый раз, когда ты, Рич, произносишь фразы типа:

? «Я обречен»,

? «Мне не суждено»,

? «Я никогда не смогу»,

? « Это не для меня »,

? «Я бы смог, если бы не…»,

? «Им просто повезло»,

? «Я не в силах»

и так далее, ты тем самым только стегаешь своего несчастного ослика по бокам, заставляя его бежать по кругу снова и снова.

Подобные слова парализующе программируют мозг, создают в твоем подсознании устойчивый отпечаток, матрицу, штамп будущих дней твоей жизни, — говорил он. — Они привязывают сознание к стереотипам мышления порочного круга, порабощая и обезличивая, крадут твое счастливое будущее, лишая его благополучия.

— Что же делать, если я от рождения такой? — слабо оправдывался я. — Мои родители не получили никакого наследства и сами не смогли заработать значительных капиталов. Живу я в захолустном городке, где нет никаких перспектив и возможностей. Ни талантом, ни особым здоровьем, ни внешним видом не отличаюсь. Вот и приходится лишь мечтать о хорошей работе, о больших деньгах, которые сделают меня счастливым.

Бизар задумался ненадолго, будто вспоминал что-то, закурил трубку, от которой пахнуло дорогим табаком, и произнес с заметной грустью:

— Ах, Рич, Рич! Как я понимаю тебя! Когда-то и я был молод и, как ты, мечтал заработать много денег.

Слово «много» он произнес как-то особенно протяжно, его глаза снова приобрели прежний веселый вид, и он, понизив голос, спросил:

— Извини… Сколько конкретно ты мечтаешь заработать денег, чтобы стать «счастливым»? — последнее слово было произнесено с особой патетикой. — Мне просто хочется сравнить, насколько твоя величина отличается от суммы, о которой мечтал я, будучи таким же, как ты, молодым человеком.